Фото
из семейного архива Золотых Г.А., дочери Сычёва А.В.
Декабрь
1939 года. Сычёвы Галя (10 месяцев) и Вова (3 года)
До
войны…
Я, Золотых (девичья - Сычёва) Галина Андреевна,
родилась 8 февраля 1939 года в Челябинске. Жили мы в посёлке Озёрный по адресу:
переулок Лотковый, дом 24 (недалеко от ЧТЗ).
Детство моё было до 3-х лет - беспечное, весёлое, сытое. Родители имели
достаток, хозяйство было своё: корова, коза, овцы.
*Полный текст статьи опубликован в
электронной газете «Союзная мысль», №7 от 4 апреля 2015 года. См.: по сноске: http://uralgenealogy.ru/content/view/732/224/
Папа очень любил нас. Если ему
выпадала днём возможность приехать на обед домой, мы были на седьмом небе от
счастья! Запомнились летние дни, когда отец, показавшись на горке верхом на
своей служебной лошади Норке, приостанавливался, и вся детвора бежала навстречу
дяде Андрею. Счастливчик был тот, кто первым добегал до лошади! Отец сажал
самого быстрого из нас впереди себя, и лошадь неслась под горку! Вот было
счастье!
Фото 1938 год. Сычёв Андрей Васильевич
Отец ко всем приходил на помощь! Помню ручей недалеко от дома, вода в нём
была мазутная. Однажды в него упал парень, которого старшие в округе называли
«воришкой». Вытащил его папа, возвращавшийся с работы. Велел бабушке отпаивать
бедолагу молоком из банки, а мы крутились рядом. Потом уже мы узнали, что
мальчишка этот рос без отца.
Дома наши не закрывались, летом мы бегали рядом с домом босиком. Помню,
папа купил мне ботиночки, принарядили меня! Но на улице я их сняла, поставила
на завалинку, а их украли! Слёз было много! Отец, вернувшись с работы и узнав о
моём горе, сказал так: «Не плачь, дочка, может кому-то не могут купить обновку,
денег нет…» И обида моя исчезла!
Последним подарком отца были «матроски», мы их долго носили с братом. Но
беспечное детство закончилось 22 июня 1941 года.
Во время войны…
О ходе военных действий взрослые узнавали из репродуктора на улице.
Иногда мы слышали, как кто-то из женщин голосил, получив похоронку.
Фото
из семейного архива Золотых Г.А.Семейное фото 21 ноября 1941 года. Сычёв А.В. с супругой, матерью и
детьми: Света, Вова, Галя.
21 ноября 1941 года, в
день своего 30-летия, папа сводил всю семью в фотоателье. Он тогда уже знал,
что скоро уйдёт на фронт.
3 декабря 1941 года он в
пятёрке первых из своего кавалерийского эскадрона ушёл на фронт. Сыну шёл
шестой год, он похлопал его по плечу и сказал: «Ты один теперь в семье мужчина!
Остаёшься за меня! Помогай маме, бабушке и сестрёнок береги!»
Теперь всё реже слышался детский смех, а детвора выглядывала почтальона:
в какой дом письмо пришло. Папа писал часто, а наши письма к нему приходили
редко, так как солдаты ехали в поезде к Москве. Последнее письмо было с
Калининского фронта.
Я знаю теперь, что в 19 февраля 1942 года он
был ранен в живот в боях под Ржевом. Вывезен в госпиталь в деревню Игнашовка.21
февраля 1942 года он умер.
…
Извещение
о смерти Сычёва А.В.
Тракторо-заводской
райвоенный комиссариат
№40
16 января 1943г.
ИЗВЕЩЕНИЕ
Ваш муж Сычёв Андрей Васильевич красноармеец
уроженец Челябинской области Варненского района в бою за социалистическую
Родину верный воинской присяге проявив геройство и мужество был ранен и 21
февраля 1942 года умер от ран. Похоронен в деревне Рвеница Осташкинского района
Калининской области.
Настоящее
извещение является документом для возбуждения ходатайства о пенсии/Приказ НКО
СССР№138
Жизнь ухудшалась. Мама получала 45 рублей (на 5 человек).В 1943 году,
получив похоронку, стали нам на троих детей платить 28 рублей.
Мне, маленькой, неведомо было, куда делась корова, коза, куры. Из
живности запомнились две маленькие чёрненькие кудрявые овечки. Зимой, когда
было холодно, их держали в чуланчике, рядом с кухней без дверей. Я часто
засыпала с овечками - тёплыми комочками.
Во время войны были карточки на продукты. Вещи бабушка меняла на хлеб и
крупу. Пекла она лепёшки из лебеды и картофельных очисток. С 1942 года к нам подселяли эвакуированных.
Это были молодые матери с детьми: тётя Таня с годовалым Вовочкой из Москвы,
тётя Паша с 2-х летней дочкой из Тулы
Не смотря на то, что в семьи пришли похоронки,
дети всё равно ждали своих отцов. Когда солдаты возвращались, то среди них были
те, кто приходил на деревянной ноге или с пустым рукавом, или с чёрной повязкой
на глазу
После
войны:
В 1946 году я пошла учиться в
1-й класс школы №38.От нашего дома школа была далеко, но на большой перемене
бабушке приносила нам с братом похлёбку с ломтиком хлеба. Уроки мы иногда
делали вечером при свете керосиновой лампы. Керосин продавали далеко, привозили
его в бочках, ларёк стоял на берегу реки Миасс, что у филармонии.
В 7 лет я уже помогала стирать бельё в корыте, подставив табуреточку.
Стирала на ребристой доске хозяйственным мылом, старались его экономить.
Гладили бельё валиком деревянным, такой ребристый брусочек.Форму гладили
утюгом, ужасно тяжёлым, с тлеющими угольками.
В 1947 году маме дали комнату 18
кв. метров на 5 человек на Киргородке (4) по адресу: улица Салютная, дом
17.Тогда на этой улице было всего 2 дома - №№17,19.Строили наши дома
военнопленные немцы, ходили они по улице строем под охраной. Вторую
комнату в квартире занимала Клава Соколова, работающая с мамой в одном цехе на
ЧТЗ (цех ДМЦ-1). Её, 16-летнюю, вместе с матерью эвакуировали из блокадного
Ленинграда (там они жили на Невском проспекте). У неё в комнате был балкон, с
которым связано одно из моих детских впечатлений: однажды в сильную грозу
молнией убило кошку, которая сидела на деревянном бордюре балкона. Позднее
Клава вернулась в родной Ленинград.
Так как отопление было печное, рядом с
домами были выстроен сарай с 12
пронумерованными клетушками. Внутри сарая была лесенка, можно было
забираться по ней на сеновал. Летом мы, девочки, любили играть в сарае. Куклы
тогда были большой редкостью. Мастерили мы из дровишек кроватки, даже магазин
устраивали. «Весы» - дощечка на бревнышке, «гири» - камушки, «товаром» было то,
что нашли на земле. Перила лестниц в подъездах были деревянные, мы любили
съезжать по ним со второго этажа.
В конце 1947 года отменили карточки, но за хлебом
занимали очередь с вечера и всю ночь кто-то из старших детей караулил, так как
под утро очередь снова пересчитывали, номер писали «огрызком» химического
карандаша на руке. Хлеб привозили утром и давали 1 булку (на 5 человек). Хотя в
комнате была печка, летом готовили еду на кирогазах и керосинках.
Во второй
класс я уже пошла в школу №62.Была я в классе санитаркой, бабушка сшила мне белый мешочек с красным
крестом и длинной лямкой через плечо.
В третьем
классе нас принимали в пионеры (только тех, кто учился на 4 и 5).В пионерской
комнате вожатая зачитывала слова пионерской клятвы, каждый громко читал: «Я,
юный пионер Советского Союза, перед лицом своих товарищей торжественно
клянусь!...»
Пионерские галстуки были из простого материала.
Когда была я звеньевой, то пришивала на рукав, как опознавательный знак, одну
полоску, когда стала председателем совета отряда – две красные полоски.
Я училась в 7 классе, когда умер Сталин. 5 марта был
всеобщий траур.
В14 лет я вступила в комсомол. В 1955 году закончила
8 классов.
В 16 лет, получив паспорт, я устроилась на работу в
машинно-счётную станцию на ЧТЗ. 9-й и 10-й классы заканчивала в ШРМ №17 (Школа Рабочей молодёжи).
Потом училась в педагогическом институте. А дальше
началась взрослая жизнь…».
Фото из
семейного архива Золотых Г.А.
4 класс школы № 62 г. Челябинска. Галя Сычёва в верхнем ряду (справа на
Ведомость оценки знаний
и поведения. 1949-1950 учебный год
На могиле отца. Фото 2001 год
О
поездке к папе:
«В 2001
году я поехала на могилу отца. Сначала ехала поездом «Челябинск-Москва», потом
«Москва-Ржев». Ржев полтора года находился в фашистской оккупации. В военкомате
мне рассказали, что в 1941-42 году на Ржевско-Осташковском направлениишли
страшные кровопролитные бои.От местных жтеле узнаю, что дорогу Ржев –Осташков
называли тогда «зимник» Зима 1941-42 годов была лютой. Через лесочек от Ржева в
Осташков на подводах увозили раненых и убитых.Обратно по «зимнику» подвозили к
Ржеву патроны, снаряды, продовольствие. Фашисты проведали про эту дорогу и
отрезали её. Осталось примерно 250 бойцов, которые держались до конца.
Кончились патроны, кончилась еда: рубили конину замерзшую и ели.Ржев
освобождали дивизии:333-я Ивановская, 249-я стрелковая.
Если бы у
озера Селигер фашисты прорвали оборону, то открывалась бы прямая дорога на
Осташков и далее на Москву.
…Жители
похоронили солдатиков со всем, что у них было. У папы в гимнастёрке был
медальон-капсула в виде патрона, внутри - бумажная скрутка с краткой записью
членов его семьи. Этот документ мне дали прочесть в военкомате г.Осташков.
Запись такая: « Челябинск, посёлок Озёрный, барак
№24, пер. Лотковый. Жена: Сычёва Мария Трофимовна.
Мать: Сычёва Анна Ивановна.
Дети: Вова, Галя, Светлана»
Да, в
военкомате я задала вопрос: «Почему в книге Памяти он записан дважды: Сычёв
Андрей Андреевич и Сычёв Андрей Васильевич?»
Мне ответили, что, возможно, сначала попался военный
билет, залитый кровью и отчество было не разобрать. Поэтому
поступило в военкомат Челябинска первое сообщение с ошибкой в отчестве. В
архиве хранятся книги с записями и №№ могил, прилагаются фото с памятниками
Как мне рассказали тогда, до меня на этой братской
могиле уже было 5 человек - родных погибших бойцов, я приехала шестой.
…Когда добрались до братской могилы, я зашла в
оградку, в руках –венок и цветы и сказала: «Ну вот, папа, я и приехала к тебе…»
Высыпала на холмик землю с маминой могилы и набрала земли с могилы отца. Так
мои родители снова встретились…»
Золотых
Галина Андреевна, являясь членом организации «Память сердца. Дети погибших
защитников Отечества», принимала активное участие в создании музея «Дети войны»
школы №73 г. Челябинска. Материалы из её семейного архива частично представлены
в экспозиции музея и опубликованы в книге – альбоме «Ровесникам военной поры
посвящается…» (Челябинск, 2014)
Комментариев нет:
Отправить комментарий